ЛОПЕШ ГОМЕШ ДА СИЛЬВА против ПОРТУГАЛИИ
(Lopes Gomes da Silva v. Portugal)

---

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

Четвертая секция

ЛОПЕШ ГОМЕШ ДА СИЛЬВА против ПОРТУГАЛИИ

(Lopes Gomes da Silva v. Portugal)

(жалоба № 37698/97)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

СТРАСБУРГ

28 сентября 2000 г.

ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ

28/12/2000

 

Европейский суд по правам человека (Четвертая секция), заседая Палатой, в состав которой вошли:

Г. Ресс, председатель,
А. Пастор Ридруэхо,
Л. Кафлиш,
Е. Макарчик,
И. Кабрал Баррету,
Н. Важич,
М. Пеллонпяя, судьи,
а также В. Бергер, секретарь секции,

проведя 30 мая и 7 сентября 2000 г. закрытые совещания, вынес следующее решение, которое было принято в последний из указанных выше дней.

 

ПРОЦЕДУРА

 

1. Дело было начато после принятия Комиссией по правам человека (Комиссия) жалобы (№ 37698/97) против Республики Португалия, которая была подана в соответствии с прежней cтатьёй 25 Конвенции о защите прав человека и основных свобод гражданином Португалии, г-ном Висенте Жорже Лопешем Гомешем да Сильвой (Заявитель), 15 июля 1997 г.

2. Заявитель был представлен г-ном Ф. Тейксейрой да Мотой, адвокатом из Лиссабона. Правительство Португалии (Правительство) было представлено г-ном А. Энрике Гаспаром, уполномоченным представителем, заместителем генерального прокурора.

3. Заявитель, в частности, утверждал, что обвинение в его адрес нарушало его право на свободу выражения мнения.

4. Заявление было передано в Суд 1 ноября 1998 г., когда вступил в силу Протокол № 11 Конвенции (пункт 2 статьи 5 Протокола № 11).

5. Заявление было назначено к рассмотрению в Четвертую секцию (пункт 1 Правила 52 Регламента Суда). Палата, рассматривающая дело (пункт 1 статьи 27 Конвенции), была сформирована в соответствии с пунктом 1 Правила 26 Регламента Суда.

6. Решением от 13 января 2000 г. Палата объявила жалобу приемлемой.

7. Открытое рассмотрение дела состоялось во Дворце прав человека в Страсбурге 30 мая 2000 г.

В Суде присутствовали:

а) со стороны Правительства

г-н А. Энрике Гаспар, заместитель генерального прокурора, уполномоченный;

г-н Х. Ф. де Фария Коста, профессор факультета права, университет Коймбра (Coimbra), консультант;

b) со стороны Заявителя

г-н Ф. Тейксейра да Мота, адвокат, советник.

Суд выслушал их обращения.

 

ФАКТЫ

 

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

 

8. Заявитель по национальности португалец. Он родился в 1945 г. и проживает в Лиссабоне, журналист, на момент рассмотрения дела был менеджером ежедневной газеты с крупным тиражом «Публико» (Publico).

9. В номере «Публико» от 10 июня 1993 г. была опубликована статья, сообщающая, что Народная партия (Partido Popular – CDS/PP) обратилась с просьбой к г-ну Сильве Резенде принять участие в выборах в городской совет Лиссабона. Эта информация была также опубликована агентством печати Португалии LUSA.

10. На этой же странице Заявитель разместил редакционную статью, содержащую следующие отрывки:

«…[Председатель CDS/PP] превзошел все самые вульгарные карикатуры… Это становится очевидным из необдуманного выбора, сделанного руководством CDS, кандидатуры, стоящей на первом месте в списке партии для участия в выборах городского совета Лиссабона. Достаточно прочесть отрывки из недавних статей Сильвы Резенде в «Джорнал до Диа», которые мы публикуем в этом номере, чтобы составить мнение о личности, которой оказывает поддержку новая Народная партия в главных выборах в городской совет страны. Как бы смехотворно и нелепо это ни было, но это – правда. Даже в самых древних или устаревших сундуках (arcas) салазаризма нельзя было откопать более нелепую и потешную (bocal) кандидатуру – настолько немыслимую смесь грубого реакционизма (reaccionarismo alarve), фашистского фанатизма и ярого антисемитизма. Любой видный деятель салазарского режима (Estado Novo) или любой мэр Лиссабона из этого режима покажутся просто прогрессивными по сравнению с этой гениальной находкой… Это могло бы быть неуместной шуткой или неправдоподобной политической оплошностью, если бы это не служило разоблачением скрытой стороны, которую CDS пытается замаскировать под иллюзорный плащ современного права. Руководство CDS, неспособное найти кандидатуру в городской совет Лиссабона, которая заслуживала бы доверие, прибегло к человеку, который представляет наиболее самодовольные, устаревшие и смехотворные взгляды правого крыла Португалии. Этот человек, о существовании которого никогда не заговорили бы и образ которого не смог бы создать даже юморист с сомнительным вкусом, является последним последователем (abencerages) салазарского режима 90-х. Мы полагаем, что молодой лидер [CDS/PP] считает, что нашёл, отчаявшись, кого-то, способного извлечь выгоду из футбольных фанатов, – поле деятельности, на котором Сильва Резенде выковал себе замечательную карьеру. Складывается мнение, что большинство молодых турок в руководстве CDS довольствуются чтением футбольных колонок Сильвы Резенде, абсолютно не подозревая о редкостных жемчужинах его политических взглядов…»

11. В этом же номере «Публико»  приводились многочисленные отрывки недавних статей Сильвы Резенде, опубликованные на той же странице, что и редакционная статья Заявителя. Ниже приводится выборка этих отрывков:

«Лысый еврей [г-н Л. Фабиус], который тратит свою жизнь во время своих появлений на публике на болтовню в поддержку атеизма и республики (любой читатель со средним интеллектом сделает вывод о его настоящих намерениях из этих двух столпов религиозной и патриотической нечестивости), заключил после проведения выборов, что они [социалисты] потерпели поражение из-за своей политической деятельности, а не из-за своих идеалов» (Jornal do Dia, 16 апреля 1993 г.).

«Прошлое семейства Клинтонов и, кроме всего прочего, сам стиль их предвыборной кампании являются ключом для понимания новой конспиративности левых, которая имеет максимальный уклон в сторону войны на чужой собственности, культа агностицизма, нравственного релятивизма, социального лицемерия, нечеловеческого атеизма жизни. Чтобы получить представление о силах, мобилизованных, чтобы протолкнуть семейство Клинтонов к власти, достаточно упомянуть тот факт, что еврейские лоббисты покрыли 60% издержек на проведение предвыборной кампании, составляя всего лишь 5% электората» (Jornal do Dia, 16 апреля 1993 г.).

[О революции 25 апреля 1974 г.]

«…Американцы и русские сговорились совершить акт вероломства против Португалии в Лиссабоне. Нас предали Соединённые Штаты, нас предало НАТО, которая разместила военно-морской флот у ворот Лиссабона на случай провала нападения» (Jornal do Dia, 21 мая 1993 г.).

«Это не простое совпадение, что политики повсюду замешаны в серьёзной коррупции. Этот моральный хаос, угрожающий миру, сеющий разобщённость и влекущий небесное наказание, начался несколько лет назад, когда машина идеологической травли и агенты пропаганды греха спокойно внедрились во все сферы, развращая молодежь, обращая их веру к идолам, отрывая женщин от святая святых – дома, заполняя мир демонстрацией порока и, в конце концов, просочившись в политические партии и ставя их на службу нечестивости» (Jornal do Dia, 25 мая 1993 г.).

«Масонская ложа и еврейская синагога, хотя и не настаивают на инициации своих прав и деятельности, постоянно заигрывают с власть предержащими. Иногда их члены преуспевают настолько, что занимают общественные посты. «Национальный фронт» Ле Пена – единственное исключение из этого более или менее ловкого проникновения. «Лепенизму» прилепили ярлык расистского движения и стали преследовать самыми изощрёнными способами, начиная от нападок среди бела дня, саботажа митингов и систематической клеветы и заканчивая принятием чудовищных законов, которые препятствуют его проникновению в общественное устройство и, кроме того, к лестницам, ведущим к власти. «Национальный фронт», конечно, не лишён ряда политических грехов, но это единственная политическая сила, которая открыто борется за восстановление Франции, провозглашающей ценности христианской цивилизации в противоположность левизне, которая с 1789 г. пожирает национальную энергию и которая превратила национальный флаг в символ ереси» (Jornal do Dia, 27 мая 1993 г.).

«Мне больно от того, что приходится говорить о вопросах, в которых чувствуется дыхание сатаны. Однако город человечества состоит из разных людей, и дьявол, несомненно, пытается оказать влияние на этот мир, опустошённый грехом… Десять лет назад во Франции был проведён опрос, касающийся отношения людей к греху. Большинство опрошенных считали, что грех не существует, а является лишь запретом, придуманным средневековым мракобесием. Гигантский регресс общества, следующий из подобных ответов, даёт нам представление, как мы упали, и насколько велика бездна, в которую падает современное общество» (Jornal do Dia, 5 июня 1993 г.).

«Большинство людей не знают, что и Гитлер, и Муссолини были социалистами и пробились к власти в своих странах, используя все уловки и всякого рода насилие, представленные им канонами левых» (Jornal do Dia, 8 июня 1993 г.)

12. После публикации данной редакционной статьи последовало заявление о привлечении Заявителя к уголовной ответственности, поданное г-ном Сильвой Резенде в прокуратуру Лиссабона, в котором он добивался вмешательства в расследование в качестве помощника прокурора (assistente). Заявителю предъявили обвинение в клевете через прессу (abuso de liberdade de imprensa).

13. Решением Уголовного суда Лиссабона от 15 мая 1995 г. Заявитель был оправдан. Суд отметил, что выражения, использованные Заявителем, могли быть истолкованы как оскорбление, но они не содержали намерения опорочить. По мнению суда, выражения, представляющие предмет спора, должны истолковываться как критика политических убеждений г-на Сильвы Резенде, а не как критика его репутации и поведения. Суд также отметил, что следовало учесть отрывки из статей, написанных г-ном Сильвой Резенде, и язвительную манеру, в которой он упоминал некоторых общественных деятелей и критиковал их физическую форму.

14. Решением от 29 ноября 1995 г. Апелляционный суд Лиссабона отменил вышеуказанное судебное решение после апелляции, поданной г-ном Сильвой Резенде и государственным обвинителем. Суд взвесил конфликтующие интересы и счёл некоторые выражения, использованные Заявителем, такие как «нелепый», «потешный» и «ярый», оскорбительными и выходящими за рамки свободы выражения мнения. По мнению Апелляционного суда, Заявитель по неосторожности совершил преступление, в котором его обвиняли. На Заявителя был наложен штраф в размере 150 000 португальских эскудо. Заявитель должен был также возместить ущерб г-ну Сильве Резенде в размере 250 000 эскудо и оплатить его издержки, которые составили 80 000 эскудо.

15. В соответствии inter alia со статьёй 10 Конвенции Заявитель подал конституционную жалобу в Конституционный суд (Tribunal Constitucional). Он утверждал, что толкование Апелляционным судом соответствующих статей Уголовного кодекса и Закона о прессе нарушало Конституцию.

16. Решением от 5 февраля 1997 г. Конституционный суд отклонил жалобу, о чём Заявитель был уведомлён 10 февраля 1997 г. Подчеркнув, что и Конституция, и статья 10 Конвенции устанавливают некоторые ограничения на свободу выражения мнения, суд счёл, что статьи, на которые ссылался Заявитель, в том виде, в каком они были истолкованы и применены Апелляционным судом, не противоречили Конституции.

 

II. СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

 

17. Статьи 38 и 26 (действующие на момент рассмотрения дела) Конституции Португалии защищают свободу прессы и право на уважение чести и репутации гражданина.

18. Статья 164 Уголовного кодекса на момент рассмотрения дела гласила:

«1. Любое лицо, которое при обращении к третьей стороне обвиняет другое лицо путём простого подозрения или высказывает мнение, оскорбляющее честь и репутацию этого лица, или повторяет подобное обвинение или мнение, приговаривается к тюремному заключению сроком до шести месяцев или наказывается штрафом в размере дохода осуждённого за 50 дней.

2. Автор высказывания не несёт ответственности:

а) если обвинение мотивировано законным общественным интересом или другой справедливой причиной;

b) если он докажет правдивость данного обвинения или имеет веские основания, без злого умысла, полагать, что обвинение правдиво.

Защита добросовестности не допускается в тех случаях, когда автор нарушил обязательства, возложенные обстоятельствами данного дела, и не удостоверился в правдивости данного обвинения…»

19. Часть 2 статьи 167 Уголовного кодекса увеличивает вышеуказанное наказание до тюремного заключения сроком до двух лет и штрафа в размере дохода осуждённого за 240 дней за преступления, совершённые через прессу.

20. Часть 1 статьи 25 Закона о прессе, в действующей на момент рассмотрения дела редакции (Указ № 85-С/78 от 26 февраля 1978 г.), гласит:

«Действия или поведение, способные нарушить законный интерес, защищаемый уголовным законом, и совершённые посредством публикации текстов или изображений в прессе, считаются преступлениями, совершёнными через прессу».

21. Часть 2 cтатьи 25 указывала, что подобные преступления подпадали под действие уголовного законодательства. Она также предусматривала замену тюремного наказания наказанием в виде штрафа в том случае, если у обвиняемого в прошлом не было судимости за подобное преступление.

 

ПРАВО

 

II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 10 КОНВЕНЦИИ

 

22. Заявитель подал жалобу, что осуждение его судами Португалии нарушало его право на свободу выражения мнения, гарантированную статьёй 10 Конвенции, которая гласит:

«1. Каждый человек имеет право свободно выражать своё мнение. Это право включает свободу придерживаться своего мнения и свободу получать и распространять информацию и идеи без какого-либо вмешательства со стороны публичных властей и независимо от государственных границ…

2. Осуществление этих свобод, налагающее обязанности и ответственность, может быть сопряжено с определёнными формальностями, условиями, ограничениями или санкциями, которые предусмотрены законом и необходимы в демократическом обществе в интересах национальной безопасности, территориальной целостности или общественного порядка, в целях предотвращения беспорядков и преступлений, для охраны здоровья и нравственности, защиты репутации или прав других лиц, предотвращения разглашения информации, полученной конфиденциально, или обеспечения авторитета и беспристрастности правосудия».

23. Стороны согласились, что вышеуказанное обвинение представляло собой «вмешательство» в осуществление этой свободы. Они также согласились, что вмешательство было предусмотрено законом – статьями 164 и 167 Уголовного кодекса и статьёй 25 Закона о прессе (см. выше пункты 18-21) – и направлено на защиту «репутации или прав других лиц» в рамках пункта 2 статьи 10 Конвенции.

Слушание в суде касалось вопроса о «необходимости… данного вмешательства… в демократическом обществе» для достижения этой цели.

 

А. Аргументы сторон

 

1. Заявитель

 

24. Заявитель сначала указал, что, согласно прецедентному праву различных институтов Конвенции, пределы судебного усмотрения государства в отношении свободы выражения мнения не являются безграничными и являются предметом контроля со стороны европейских органов. Исходя из фактических обстоятельств данного дела, рассматриваемое вмешательство было непропорциональным той законной цели, которую оно преследовало.

По утверждению Заявителя, статья, представляющая предмет спора, должна читаться в общем контексте. Её единственной целью было осудить выбор кандидатуры для участия в выборах на важный политический пост, а именно мэра городского совета Лиссабона. Заявитель счёл этот выбор достойным порицания, потому что, по его мнению, кандидат выступал за идеи, которые противоречили идеям демократического и плюралистического общества. Выражения, вызвавшие критику со стороны Апелляционного суда, были, таким образом, направлены против идей г-на Сильвы Резенде, а не против него лично.

25. Заявитель признал, что его статья носила озлобленный и провокационный характер, но подчеркнул, что его отношение было вызвано не менее озлобленным характером политической идеологии и стилем вышеуказанного человека, который регулярно печатался в прессе, будучи политическим комментатором. В этой связи Заявитель приложил немалые усилия и наряду со своей статьёй опубликовал отрывки статей г-на Сильвы Резенде, которые ясно выражали идеологию последнего и были написаны с использованием слов, более дерзких, чем в редакционной статье.

26. Соответственно, Заявитель настаивал на том, что привлечение его к уголовной ответственности не было вызвано острой социальной необходимостью, а представляло собой открытую форму запугивания журналистов судебными средствами, что абсолютно несовместимо со статьёй 10 Конвенции.

 

2. Правительство

 

27. Правительство, напротив, утверждало, что привлечение Заявителя было необходимо в демократическом обществе. Представители Правительства заявили, что защита права на уважение чести и репутации отдельных лиц также является обязанностью государства. Государство прибегает к различным мерам для защиты этого фундаментального права, в том числе и к мерам, предусмотренным уголовным законодательством.

28. Правительство подчеркнуло, что осуществление свободы выражения мнения может быть активным и даже злобным, но не должно заходить настолько далеко, чтобы наносить вред чести и доброму имени отдельных лиц. В полномочия судов входит налагать наказание за неумеренное поведение путём наказания, соразмерного этому поведению. Правительство указало, что в этой связи рассматриваемое наказание было минимальным.

29. Правительство снова сослалось на решения национальных судов, в которых говорилось, что выражения, использованные Заявителем, могли быть истолкованы как нападки на самого истца, а не только на его политические взгляды. Оно также высказалось, что данное судебное дело отличается от тех дел Европейского суда, где рассматривался вопрос о субъективной оценке поведения какого-либо лица, но не о личности гражданина. Представители Правительства подчеркнули, что Суд не может ставить под сомнение оценку фактов, сделанную судами Португалии, в основе которой лежит более чёткое понимание национальной реальности, и не допускать риска выступать в качестве четвёртой инстанции по отношению к системе национальных судов, что противоречит духу и букве Конвенции.

 

В. Оценка Суда

 

1. Общие принципы

 

30. Суд снова привёл основные принципы судебной практики, связанные со статьёй 10:

i) свобода выражения мнения является одной из фундаментальных основ демократического общества и одним из основных условий его развития и самосовершенствования каждой личности. Как отмечено в пункте 2 статьи 10, она относится не только к той «информации» или тем «идеям», которые получены законным путём или считаются неоскорбительными или незначительными, но и тех, которые оскорбляют или вызывают возмущение. Таковыми являются требования терпимости, плюрализма и широты взглядов, без которых «демократическое общество» невозможно. Как указано в статье 10, осуществление этой свободы предполагает ограничения, которые вместе с тем должны быть чётко установлены, и их необходимость должна быть убедительно доказана (см. дела Йерсилд против Дании (Jersild v. Denmark), 23 сентября 1994 г., серия А, № 298, стр. 23-24, § 31; Яновский против Польши (Janowski v. Poland), № 25716/94, (БП), § 30, ЕКПЧ 1999-I; и Нилсен и Джонсен против Норвегии (Nilsen and Johnsen v. Norway), (БП), § 43, ЕКПЧ 1999-VIII).

ii) эти принципы имеют особую важность по отношению к прессе: в то время, как она не должна переходить известные границы, в частности, в целях «защиты репутации других лиц», на ней, тем не менее, лежит обязанность сообщать информацию и идеи по политическим вопросам, также как и по другим вопросам, имеющим общественное значение. Что касается границ приемлемой критики, то они шире по отношению к политическому деятелю, осуществляющему свои общественные функции, чем просто по отношению к частному лицу. Действия и поведение политических деятелей неизбежно попадают под пристальный контроль как журналистов, так и общества, поэтому они должны проявлять большую степень терпимости главным образом тогда, когда они сами делают публичные заявления, которые могут вызвать ответную критику. Политический деятель, безусловно, имеет право защищать свою репутацию даже вне рамок его частной жизни, но требованиям такой защиты должны быть противопоставлены интересы открытой дискуссии по политическим вопросам, с учётом того, что ограничения свободы выражения мнения должны толковаться узко (см., в частности, дело Обершлик против Австрии (№ 2) (Oberschlic v. Austria (no.2)), 1 июля 1997 г., Отчёты о решениях и постановлениях 1997-IV, стр. 1274-1275, § 29).

iii) определение того, являлось ли данное ограничение «необходимым в демократическом обществе», требует от Суда установить, существует ли «настоятельная общественная потребность», которая оправдывает то или иное ограничение, пропорционально ли ограничение преследуемой законной цели и достаточно ли обоснованы причины этого ограничения (см. дело «Санди Таймс» против Соединённого Королевства (№ 1) (The Sunday Times v. The United Kingdom (no.1)), 26 апреля 1979 г., серия А, № 30, стр. 38, § 62). Как правило, при определении, существует ли эта потребность и какие меры должны быть приняты, чтобы удовлетворить её, которая оправдывает то или иное ограничение, национальные власти пользуются определённой свободой усмотрения. Но данная свобода усмотрения не абсолютна и подчиняется европейскому контролю со стороны Суда, который должен вынести окончательное решение на предмет соответствия ограничения свободе выражения мнения, как она защищается статьёй 10 (см. среди многих других источников дело Нилсен и Джонсен против Норвегии, упомянутое выше, § 43). Осуществляя этот контроль, Суд не ставит перед собой цель подменять своими взглядами позицию соответствующих национальных органов, он призван, скорее, проверять, в свете статьи 10 и обстоятельств всего дела в целом, вынесенные национальными судами решения, которые последние выносят, используя своё право на свободу усмотрения (см. там же).

 

2. Применение вышеупомянутых принципов в данном деле

 

31. В данном деле г-н Лопеш Гомеш да Сильва обвинялся в клевете через прессу в связи с выражениями, которые он использовал в редакционной статье от 10 июня 1993 г. для описания г-на Сильвы Резенде. В отличие от Уголовного суда Лиссабона, который оправдал Заявителя, Апелляционный суд счёл, в частности, выражения «нелепый», «потешный» и «ярый» оскорбительными и выходящими за рамки свободы выражения мнения. Апелляционный суд установил, что эти выражения могли быть истолкованы не только как нападки на политические взгляды г-на Сильвы Резенде, но и применительно к нему лично. Конституционный суд, в свою очередь, не нашёл никакого нарушения конституционных принципов в том, каким образом Апелляционный суд истолковал и использовал соответствующие статьи Уголовного кодекса и Закона о прессе.

32. Суд был призван проанализировать решения судов Португалии, в частности, Апелляционного суда Лиссабона, в свете фактов всего дела, включая публикацию, ставшую предметом спора, и обстоятельства, при которых она была написана.

Первым среди тех обстоятельств было известие, опубликованное в ежедневной газете, менеджером которой был Заявитель, а также в информагентстве о том, что Народная партия обратилась к г-ну Сильве Резенде с просьбой принять участие в выборах в городской совет Лиссабона.

В своей редакционной статье в виде реакции на данное известие Заявитель выразил своё мнение относительно политических взглядов и идеологии г-на Сильвы Резенде, относящееся главным образом к политической стратегии Народной партии при выборе данной кандидатуры.

33. Данная ситуация явно затрагивала политическую дискуссию по вопросам, представляющим общественную значимость, и относилась к той сфере, ещё раз подчеркнул Суд, в которой любые ограничения свободы выражения мнения должны быть чётко сформулированы.

34. Признавая, что статья Заявителя и, в частности, выражения, которые он использовал, носят спорный характер, они всё же не представляют собой необоснованные личные нападки, так как Заявитель подкрепляет их объективными пояснениями. Суд в этой связи обратил внимание, что зачастую политическая брань переносится в личную сферу – таков риск политики и свободного обсуждения идей, выступающих гарантами демократического общества. Соответственно, Заявитель высказал мнение, сформированное политическими убеждениями г-на Сильвы Резенде, который сам регулярно выступал в прессе в качестве комментатора. Если бы подобное мнение не имело под собой фактической основы, оно могло бы считаться неуместным, но в свете установленных фактов оно таковым не является. В заключение, следует отметить, что журналистская свобода допускает определённую степень преувеличения и даже провокации (см. дело Прагер и Обершлик против Австрии (Prager and Oberschlic v. Austria), 26 апреля 1995 г., серия А, № 313, стр. 19, § 38).

35. Суд считает, что высказанные г-ном Сильвой Резенде мнения, которые были опубликованы наряду с редакционной статьей, также носили озлобленный, провокационный характер и выходили за рамки простой полемики, и что стиль статьи Заявителя был обусловлен стилем статей г-на Сильвы Резенде.

Далее, напечатав наряду со своей редакционной статьёй многочисленные отрывки из недавних статей г-на Сильвы Резенде, Заявитель, будучи в тот момент менеджером газеты «Публико», действовал в соответствии с правилами журналистской профессии. Таким образом, Заявитель не только высказал своё мнение относительно этих статей, но и позволил читателям сформировать самостоятельное мнение о человеке, о котором говорилось в редакционной статье. Суд придает огромное значение данному факту.

36. Соответственно противоречие вызывает не то, что, по утверждениям Правительства, Заявитель понёс минимальное наказание, а то, что он вообще его понес (см. вышеупомянутое дело Йерсилд против Дании, стр. 25, § 35). Привлечение журналиста к уголовной ответственности не было пропорционально законной преследуемой цели, так как нарушало интересы демократического общества в обеспечении и поддержании свободы прессы.

37. Следовательно, имело место нарушение статьи 10 Конвенции.

 

II. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

 

38. Статья 41 Конвенции гласит:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

 

А. Ущерб

 

39. Г-н Лопеш Гомеш да Сильва заявил, что не требует компенсации за причинённый моральный вред. Однако он потребовал 480 000 португальских эскудо, выплаченных по приговору судов Португалии в качестве штрафа, компенсации, выплаченной г-ну Сильве Резенде и других судебных издержек.

40. Правительство не возражало против выплаты указанной суммы в случае установления нарушения Конвенции.

41. Суд считает разумным выплатить Заявителю все указанные суммы, и установление нарушения в настоящем решении считает справедливой компенсацией морального вреда.

 

В. Судебные издержки

 

42. Заявитель потребовал 258 297 португальских эскудо в качестве возмещения дорожных расходов и расходов на проживание, вытекающих из присутствия адвоката на слушании в Страсбурге. Он также потребовал выплаты определённой суммы в качестве гонорара адвокату, но определение этой суммы оставил на усмотрение суда.

43. Правительство также оставило этот вопрос на усмотрение суда.

44. Суд считает разумным возмещение всех вышеуказанных расходов. В отношении гонорара Суд по объективным причинам считает уместным выплатить Заявителю 1 500 000 португальских эскудо.

 

С. Процентная ставка

 

Согласно информации, которой располагает Суд, применимая установленная законом процентная ставка в Португалии на день принятия настоящего решения составляет 7 % в год.

 

НА ОСНОВАНИИ ВЫШЕИЗЛОЖЕННОГО СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1. Постановляет, что имело место нарушение статьи 10 Конвенции.

2. Постановляет:

а) что государство-ответчик должно выплатить Заявителю в течение трёх последующих месяцев, начиная со дня, когда данное постановление окончательно вступит в силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции, 480 000 (четыреста восемьдесят тысяч) португальских эскудо в качестве возмещения материального ущерба и 1 758 297 (один миллион семьсот пятьдесят тысяч двести девяносто семь) португальских эскудо в качестве возмещения судебных издержек;

b) все эти суммы увеличить на процентную ставку в 7 % годовых, начиная с истечения указанного срока и вплоть до выплаты.

3. Постановляет, что данное решение представляет собой справедливую компенсацию за нанесённый моральный вред.

 

 

Совершено на французском языке и распространено на открытом слушании во Дворце прав человека в Страсбурге 28 сентября 2000 г.

 

Георг Ресс, председатель                                                               Винсент Бергер, секретарь

 

 

© Перевод Центра защиты прав СМИ, 2004